Section 2

Евген1й поддерживалъ съ большимъ напряженхемъ и садъ, и оранжерею съ двумя садовниками, и конюшню съ двумя кучерами. Марья же Павловна наивно думала, что, не жалуясь на столъ, ко- торый готовилъ старикъ поваръ, и на то, что дорожки въ парк-Ь не всЬ были чищены, и что, вм-Ьсто лакеевъ, былъ одинъ мальчикъ, что она д^лаетъ все, что можетъ мать, жертвующая собой для своего сына.
Такъ и въ этомъ новомъ долгЬ, въ которомъ Евген1й вид^лъ для себя почти что добивающхй ударъ вс^мъ его предпр1ят1ямъ, Марья Павловна вид-бла только случай, выказавппй благород- ство Евгетя. Марья Павловна не безпокоилась очень о матерхаль- номъ положен1и Евгешя еще и потому, что она была ув-брена, что онъ сд^лаетъ блестящую парт1ю, которая поправитъ все. Партхю же онъ могъ сделать самую блестящую. Она знала десятокъ семей, который счастливы были отдать за него дочь. И она желала какъ можно скор-Ье устроить это.
15 —
IV.
Евгенхй самъ мечталъ о женитьб'Ь, но только не такъ, какъ мать: мысль о томъ, чтобы сделать изъ женитьбы средство поправле- шя своихъ д-^лъ, была отвратительна ему. Жениться онъ хогЬлъ честно, по любви. Онъ и приглядывался къ д'Ьвушкамъ, которыхъ встр^чалъ и зналъ, прикидывалъ себя къ нимъ, но судьба его не решалась. Между т^мъ, чего онъ никакъ не ожидалъ, сношешя его съ Степанидой продолжались и получили даже характеръ чего-то установившагося. Евген1й такъ былъ далекъ отъ распутства, такъ тяжело было ему делать это тайное, — онъ чувствовалъ — нехорошее д^ло, что онъ никакъ не устраивался и даже посл^ перваго сви- дан1я над-Ьялся совсЬмъ больше не видать Степаниды, но оказа- лось, что черезъ несколько времени на него опять нашло безпо- койство, которое приписывалъ этому. И безпокойство на этотъ разъ уже не было безличное, а ему представлялись именно тЬ самые черные, блестящте глаза, тотъ же грудной голосъ, говоря- щ1й «го ломя», тотъ же запахъ чего-то св'Ьжагоисильнаго,итаже высокая грудь, поднимающая занав-Ьску, — и все это въ той же ор-Ьховой и кленовой чащ-Ь, облитой яркимъ св-Ьтомь.
Какъ ни совестно было, онъ опять обратился къ Данил-Ь. И опять назначилось свидаше въ полдень въ л-Ьсу. Въ этотъ разъ Ев- гешй больше разсмотр-бль ее, и все показалось ему въ ней привле- кательно. Онъ попробовалъ поговорить съ ней, спросилъ о муж-Ь. Д-Ьйствительно, это былъ Михайлинъ сынъ, онъ жилъ въ кучерахъ въ Москве.
— Ну, что же, какъ же ты... — Евгешй хогЬлъ спросить, какъ она изм^няетъ ему.
— Чего какъ же? — спросила она. Она, очевидно, была умна п догадлива.
— Ну, какъ же, — вотъ ты ко мн-Ь ходишь?
— Бона, — весело проговорила она. — Онъ, я чай, тамъ гу- шяе. Что жъ мн^-то?
Очевидно, она сама на себя напускала развязность, ухар- ство. И это показалось мило Евген1ю. Но все-таки онъ не назначилъ ей самъ свидашя. Даже, когда она предложила, чтобы сходиться помимо Данилы, къ которому она какъ-то недоброжелательно отно-
— 16 — ■
силась, Евген1й не согласился. Онъ надеялся, что это свидан1е было посл-Ьдисе. Она ему нравилась. Онъ думалъ, что ему необходимо такое общен1е, и что дурного въ этомъ н-бть ничего, но въ глубине души у него былъ судья бол-Ье строг1й, который не одобрялъ этого п наделся, что это въ посл-Ьдихй разъ, если же не надеялся, то, по крайней м-Ьр-Ь, не хот-Ьлъ самъ участвовать въ этомъ д^л^ и приго- тавливать себ-Ь это въ другой разъ.
Такъ и шло все л^то, въ продолженхе котораго онъ вид-Ьдся съ ней разъ десять и всяшй разъ черезъ Данилу. Было одинъ разъ, что ей нельзя было пр1йти, потому что прх-Ьхалъ мужъ, и Данила предло- жилъ другую. Евген1й съ отвращешемъ отказался. Потомъ мужъ уЬхалъ, и свидан1я продолжались по-старому, сначала черезъ Да- нилу, а потомъ уже прямо онъ назначалъ время, и она приходила съ бабой Прохоровой, такъ какъ одной нельзя ходить баб'Ь.
Одинъ разъ, въ самое назначенное время свидан1я, къ Марь-Ь Павловн'Ь прйхало семейство съ той девушкой, которую она сва- тала Евгешю, и Евген1й никакъ не могъ вырваться. Какъ только онъ могъ уйти, онъ пошелъ какъ будто на гумно и въ обходъ тропинкой въ л-Ьсъ, на м-Ьсто свидан1я. Ея не было. Но на обычномъ м-ЬсгЬ все, покуда могла достать рука, все было переломано — черемуха, ор-Ьшень, даже молодой кленокъ въ колъ толщиною. Это она ждала, волновалась и сердилась и, играючи, оставляла ему память. Онъ постоялъ, постоялъ и пошелъ къ Даниле просить ее вызвать и на завтра. Она пришла и была такая же, какъ всегда.
Такъ прошло л-Ьто. Свиданья всегда назначались въ л-Ьсу и одинъ разъ только, ужъ передъ осенью, въ гуменномъ сара-Ь на ихъ задворкахъ.
Евгешю и въ голову не приходило, чтобы эти отношен1я его им^ли какое-нибудь для него значен1е. Объ ней же онъ и не думалъ. Давалъ ей деньги, и больше ничего. Онъ не зналъ и не думалъ о томъ, что по всей деревн-Ь ужъ знали про это и завидовали ей, что ея домашнхе брали у ней деньги и поощряли ее, и что ея представле- ше о гр^х^, подъ вл1ятемъ денегъ и участхя домашнихъ, совсЬмъ уничтожилось. Ей казалось, что если люди завидуютъ, то то, что она дЬлаетъ, хорошо.
«Просто для здоровья надо же», думалъ Евгенхй. «Положимъ, нехорошо, и, хотя никто не говоритъ, всЬ или мног1е знаютъ. Баба, съ которой она ходитъ, знаетъ. А знаетъ, в-Ьрио разсказала и дру-
— 17 —
гимъ. Но что же д-Ьдать? Скверно я поступаю, — ^думалъ Евге- тй, — да что делать? Ну, да не надолго».
Главнее, что смущало Евген1я, это быль мужъ. Сначала ему почему-то представлялось, что мужъ ея долженъ быть плохъ, и это какъ бы оправдывало его отчасти. Но онъ увидалъ мужа и быль пораженъ: это быль молодчина и щеголь, ужъ никакъ не хуже, а нав-Ьриое лучше его. При первомъ свидан1и онъ сказалъ ей, что ви- д$лъ ея мужа и что онъ полюбовался имъ, какой онъ молодчина.
— Другого такого в^ть въ деревн^^, — съ гордостью сказала она. Это удивило Евгешя. Мысль о мужЬ съ гЬхъ поръ еще бол^е
мучила его. Случилось ему разъ быть у Данилы, и Данила, разго- ворившись, прямо сказалъ ему:
— А Михаила намедни спрашивалъ меня: правда ли, что ба- ринъ съ моей женой живетъ. Я сказалъ — не знаю. Да и то, говорю, лучше съ бариномъ, ч^Ьмъ съ мужикомъ.
— Ну, что же онъ?
— Да ничего, — говорить: погоди жъ, дознаюсь, я ей задамъ. «Ну да если бы мужъ вернулся, я бы бросилъ», думалъ Евгешй. Но мужъ жилъ въ городе, и отношен1я пока продолжались. «Когда надо будеть, оборву, и ничего не останется», ду- малъ онъ.
И ему казалось это несомн^ннымъ, потому что въ продолжен1е л^та много разныхъ вещей очень сильно занимало его: п устрой- ство новаго хутора, и уборка, и постройка, и, главное, уплата долга и продажа пустоши. Все это были предметы, которые поглощали его всего, о которыхъ онъ думалъ, ложась п вставая. Все это была настоящая жпзнь. Сношен1я же — онъ даже не называлъэто связью — съ Степанидой было н^Ьчто совсЬмъ незам-Ьтное. Правда, что когда приступало желаше вид-бть ее, оно приступало съ такой силой, что онъ ни о чемъ другомъ не могъ думать. Но это продолжалось недолго: устраивалось свидаше, и онъ опять забывалъ ее на нед^Ьли, иногда на мЬсяцъ,
Осенью Евген1й часто 'Ьздилъ въ городъ и тамъ сблизился съ семействомъ Анненскихъ. У Анненскихъ была дочь, только что вы- шедшая институтка. И тутъ, къ великому огорчешю Мар1и Павлов- ны, случилось то, что Евген1й, какъ она говорила, продешевилъ себя, влюбился въ Лизу Анненскую и сд-Ьдадъ ей предложеше.
Съ тЬхъ поръ сношешя съ Степанидой прекратились.
Соч. I. Н. Тожтого. Т. I. 2
— 18 —
V.
Почему Евген1й выбралъ Лизу Анненскую, нельзя объяс- нить, какъ никогда нельзя объяснить, почему мужчина выбираетъ ту, а не другую женщину. Причинъ было пропасть — и положи- тельныхъ и отрицательныхъ. Причиной было и то, что она не была очень богатая невеста, какихъ сватала ему мать, и то, что она была наивна и жалка въ отношенхяхъ къ своей матери, и то, что она не была красавица, обращающая на себя вниманье, и не была дурна. Главное же было то, что сближен1е съ йею началось въ такой перходъ, когда Евген1й былъ зр-Ьлъ къ женитьб-Ь. Онъ влюбился потому, что зналъ, что женится.
Лиза Анненская сначала только нравилась Евген1Ю, но, когда онъ р'Ьшилъ, что она будетъ его женою, онъ почувствовалъ къ ней чувство гораздо бол'Ье сильное. Онъ почувствовалъ, что онъ влюбленъ.
Лиза была высокая, тонкая, длинная. Длинное было въ ней все: и лицо, и носъ, не впередъ, но вдоль по лицу, и пальцы, и ступни. Цв^тъ лица у ней былъ очень н-Ьжный, б-^лый, желтоватый, съ н^ж- нымъ румянцемъ, волоры длинные, русые, мягк1е и вьющ1еся, и прекрасные, ясные, кроткхе и дов'Ьрчивые глаза. Эти глаза особенно поразили Евген1я. И, когда онъ думалъ о Лиз-Ь, онъ вид'Ьлъ всегда передъ собой эти ясные, кротк1е, дов'Ьрчивые глаза.
Такова она была физически; духовно же онъ ничего не зналъ про нее, а только вид'Ьлъ эти глаза. И эти глаза, казалось, говорили ему все, что ему нужно было знать. Смыслъ же этихъ глазъ былъ такой.
Еще съ института, съ пятнадцати л^тъ, Лиза постоянно влюбля- лась во всЬхъ привлекательныхъ мужчинъ и была оживлена и счаст- лива только тогда, когда была влюблена. Вышедши изъ института, она точно такъ же влюблялась во вс^хъ молодыхъ мужчинъ, кото- рыхъ встречала, и, разум-Ьется, влюбилась въ Евг€н1я, какъ только узнала его. Эта-то ея влюбленность и давала ея глазамъ то особенное выражен1е, которое такъ пл-Ьнило Евген1я.
Въ эту же зиму въ одно и то же время она уже была влюблена въ двухъ молодыхъ людей и красн-Ьда и волновалась не только, когда они входили въ комнату, но когда произносили ихъ имя. Но
— 19 —
потоыъ, когда ея мать намекнула ей, что Иртзневъ, кажется, им^етъ серьезные виды, влюбленье ея въ Иртенева усилилось такъ, что она стала почти равнодушной къ двумъ прежнимъ. Но когда Иртеневъ сталь бывать у нихъ, на бал^Ь, собранхи, танцовалъ съ ней больше, ч-Ьмъ съ другими, и, очевидно, желалъ узнать только, любить ли она его, тогда влюбленье ея вь Иртенева сд-Ьлалось ч-Ьмь-то бол-Ьзнен- нымь; она вид-бла его во сн^ и наяву въ темной комнагЬ, и вс^ друг1е исчезли для нея. Когда же онь сд-Ьдаль предложен1е, и ихъ благословили, когда они поцеловались съ нимъ и стали женихь съ нев-Ьстой, тогда у ней не стало другихь мыслей, кром'Ь него, дру- гихъ желан1й, кром^Ь того, чтобы быть съ нимъ, чтобы любить его и быть имь любимой. Она и гордилась имъ, и умилялась передь нимъ и передь собой и своей любовью, и вся мл^ла и таяла огь любви кь нему.
Ч-Ьмъ больше онь узнаваль ее, тЬмъ больше и онъ любилъ ее. Онь никакь не ожидалъ встретить такую любовь, и эта любовь усиливала еще его чувство.
VI.
Передь весной онь прх^халь въ Семеновское посмотр-бть и распорядиться по хозяйству, а главное, по дому, гд-Ь шло убранство для женитьбы.
Марья Павловна была недовольна выборомь сына, но только потому, что парт1я эта не была такъ блестяща, какъ она могла бы быть, и потому, что Варвара АлексЬевна, будущая теща, не нрави- лась ей. Добрая ли она была или злая, она не знала и не р-Ьшила, но то, что она была не порядочная женщина, не сотте 11 !аи1;, не лэди, какъ говорила себ'Ь Марья Павловна, это она увидала съ пер- ваго знакомства, и это огорчало ее; огорчало за то, что она ценила эту порядочность по привычк-Ь, знала, что Евгешй очень чутокь на это, и предвидела для него много огорчешй отъ этого. Девушка же ей нравилась. Нравилась, главное, потому, что она нравилась Ев- гешю. Надо было любить ее. И Марья Павловна готова была на это, и совершенно искренно.
Евгешй засталь мать радостной, довольной. Она устраивала все вь доме и сама собиралась уЬхать, какъ только онъ привезеть
2*
^ 20 —
молодую жену. Евген1й уговаривалъ ее оставаться, и вопросъ оста- вался нер-Ьшеннымь.
Вечеромъ, по обыкновенхю, посл-Ь чал Марья Павловна д-Ьлала пасьянсъ. Евген1й сид-бль, помогая ей. Это было время самыхъ за- душевныхъ разговоровъ. Окончивъ одинъ пасьянсъ и не начиная новый, Марья Павловна взглянула на Евгенхя и, н-Ьсколько зами- наясь, начала такъ:
— А я хогЬла теб-Ь сказать, Женя... Разум-Ьется, я не знаю... но вообще я хотела посов-Ьтовать о томъ, что передъ женитьбой надо непрем-Ьино покончить всЪ свои холостыя д-Ьла, такъ чтобы ничего уже не могло безпокоить и тебя и, помилуй Богъ, жену; ты меня понимаепП)?
И д-Ьйствительно, Евген1й сейчасъ же понялъ, что Марья Па- вловна намекала на его сношенхя съ Степанидой, которыя прекрати- лись съ самой осени, и, какъ всегда одинок1я женщины, приписы- вала этимъ сношен1ямъ гораздо большее значен1е, ч-Ьмъ то, которое они им^ли. Евген1й покрасн^лъ и не отъ стыда столько, сколько отъ досады, что добрая Марья Павловна суется — правда, любя, но все-таки суется — туда, куда ей не надо и чего она не понимаетъ и не можетъ понимать. Онъ сказалъ, что у него ничего н^тъ такого, что бы нужно было скрывать, и что онъ именно такъ себя велъ всегда, чтобы ничто не могло пом-Ьшать его женитьбе.
— Ну и прекрасно, дружокъ. Ты, Геня, не обижайся на меня, — сказала Марья Павловна, конфузясь.
Но Евгешй вид-^лъ, что она не кончила и не сказала того, что хогЬла. Такъ и вышло. Немного погодя она стала разсказывать о томъ, какъ безъ него ее просили крестить у... Печниковыхъ.
Теперь Евген1й вспыхнулъ ужъ не отъ досады и даже не отъ стыда, а отъ какого-то страннаго чувства сознашя важности того, что ему сейчасъ скажутъ, сознанхя невольнаго, совершенно несо- гласнаго съ его разсужден1емъ. Такъ и вышло то, чего онъ ожидалъ. Марья Павловна, какъ будто не им-Ья никакихъ другихъ ц-Ьдей, кром-Ь разговора, разсказала, что нын-Ьшихй годъ родятся все маль- чики, видно, къ войн-Ь. И у Васиныхъ, и у Печниковыхъ молодая бабочка первымъ — тоже мальчикъ. Марья Павловна хогЬла разсказать это незам-Ьтно, но ей самой сд-Ьлалось стыдно, когда она увидала краску на лиц^ сына и его нервное сниман1е, пощелкива- ше и над-Ьваше пенена и посшЬшное закуриван1е папиросы. Она
— 21 —
замолчала. Онъ тоже молчалъ и не могъ придумать, ч-Ьмъ бы пе- рервать это молчан1е. Такъ что оба поняли, что поняли друтъ друга.
— Да, главное въ деревн-Ь надо справедливость, чтобы не было шобимцевъ, какъ у дяди твоего.
— Маменька, — сказалъ вдругъ Евген1й, — я знаю, къ чему вы это говорите. Вы напрасно тревожитесь. Для меня моя будущая семейная жизнь — ^такая святыня, которой я ни въ какомъ случа-Ь не нарушу. А то, что было въ моей холостой жизни, то все кончено совсЬмъ. И я никогда не входплъ ни въ как1Я связи, и никто не имЬ- етъ на меня никакихъ правъ.
— Ну, я рада, — сказала мать, — ^я знаю твои благородный мысли.
Евген1й принялъ эти слова матери какъ сл-Ьдующую ему дань и замолчалъ.
На другое утро онъ по^халъ въ городъ, думая о нев-ЬсгЬ, обо всемъ на св^гЬ, но только не о Степанид'Ь. Но какъ будто нарочно, чтобы напомнить ему, онъ, подъ'Ьзжая къ церкви, сталъ встречать народъ, шедппй и 'Ьхавппй оттуда. Онъ встр-Ьтиль Матв-Ья старика съ Семеномъ, ребятъ, молодыхъ д-Ьвокъ, а вотъ дв-Ь бабы, одна по- старше и одна нарядная въ ярко-красномъ платк-Ь и что-то знако- мое. Баба идетъ легко, бодро, и на рук-Ь ребенокъ. Онъ поровнялся, баба старшая поклонилась, по-старинному остановившись, а моло- дайка съ ребенкомъ только нагнула голову, и изъ-подъ платка блес- нули знакомые, улыбающхеся, веселые глаза.
«Да, это она, но все кончено, и нечего смотр-Ьть на нее; и ре- бенокъ, можетъ-быть, мой», мелькнуло емувъ голов-Ь. «Н^тъ, вздоръ какой. Мужъ былъ, она къ нему ходила». Онъ не сталъ высчитывать даже. Такъ у него р-Ьшено было, что это было нужно для здоровья, онъ платилъ деньги, и больше ничего; связи какой-нибудь между [н]имъ и ею н^тъ, не было, не можетъ и не должно быть. Онъ не то, чтобы заминалъ голосъ совести, н^Ьтъ, — прямо сов-Ьсть ничего не говорила ему. И онъ не вспомнилъ о ней ни разу посл-Ь разговора матери и встр-Ьчи. И ни разу послЬ и не встр-Ьчаль ея.
На Красную Горку Евген1й обв-Ьичался въ город-Ь и тотчасъ же съ молодой женой уЬхалъ въ деревню. Домъ былъ устроенъ, какъ обыкновенно устраиваюгь для молодыхъ. Марья Павловна хотЬла уЬхать, но Евген1й, а главное, Лиза, упросили ее остаться; только она перешла во флигель.
И такъ началась для Евген1я новая жизнь.
22 -
VII.
Первый годъ семейной жизни былъ трудный годъ для Евге- Н1Я. Труденъ онъ былъ гЬмъ, что д-Ьла, которыя онъ отклады- валъ кое-какъ во врег;я сватовства, теперь, посл-Ь женитьбы, вс^ вдругъ обрупшлись на него.
Выпутаться изъ долговъ оказалось невозможнымъ. Дача была продана, самые кричащхе долги покрыты, но все еще оставались долги, и денегъ не было. Им-йнье принесло хорош1й доходъ, но нужно было послать брату и издержать на свадьбу, такъ что денегъ не было, и заводъ не могъ итти, и надо было его остановить. Одно средство вы- путаться состояло въ томъ, чтобы употребить деньги жены. Лиза, понявъ положенхе мужа, сама потребовала этого. Евгенхй согла- сился, но только съ гЬмъ, чтобы сделать купчую на половину им^- Н1я на имя жены; такъ онъ и сд-Ьлалъ. Разумеется, не для жены, которую это оскорбляло, а для тещи.
Эти д-Ьла съ разными перем-Ьнами, то усп-^хъ, то неусп'Ьхъ, было одно, что отравляло яшзнь Евген1я въ этотъ первый годъ. Другое было нездоровье жены. Въ этотъ же первый годъ, семь м-Ь- сяцевъ посл^ женитьбы, осенью, съ Лизой случилась б-Ьда. Она вы- ехала въ шарабан-Ь встр-Ьчать мужа, возвращавшагося изъ города, смирная лошадь заиграла, она исш^галась. выпрыгнула. Прыжокъ былъ относительно счастливый, — она могла зац-Ьпиться за колесо, — но она была уже беременна, и въ ту же ночь у нея начались боли, и она выкинула и долго не могла справиться посл'Ь выкидыша. По- теря ожидаемаго ребенка, бол-Ьзнь жены, связанное съ этимъ раз- стройство жизни, и, главное, присутств1е тещи, прх'Ьхавшей тот- часъ же, какъ забол-Ьда Лиза, все это сд-Ьдало для Евгешя годъ этотъ еще бол^е тяжелымъ.
Но, несмотря на эти тяжелыя обстоятельства, къ концу лерваго года Евген1й чувствовалъ себя очень хорошо. Во первыхъ, его задушевная мысль возстановить упавшее состоян1е, возобновить д-Ьдовскую жизнь въ новыхъ формахъ, хотя съ трудомъ и мед- ленно, но приводилась въ исполнен1е. Теперь уже р-Ьчи не могло быть о продаж-Ь за долги всего им-Ьихн. Им-Ьихе главное, хотя и переписанное на имя жены, было спасено, и, если только свекла будетъ выходна и ц^ны хороши, то къ будущему году положен1е
— 23 —
нужды и напряжетя можетъ зам-Ьниться совершеннымъ доволь- ствомъ. Это было одно.
Другое было то, что какъ ни много онъ ожидалъ отъ своей жены, онъ никакъ не ожидалъ найти въ ней то, что онъ нашелъ. Это было не то, чего онъ ожидалъ, но это было гораздо лучше. Умилешй, восторговъ влюбленныхъ, хотя онъ и старался ихъ устраивать, не выходило или выходило очень слабо; но выходило совсЬмъ другое, то, что не только весел-Ье, пр1ятн^е, но легче стало жить. Онъ не зналъ, отчего это происходило, но это было такъ.