Section 10

Въ одинъ изъ длинныхъ осеннихъ вечеровъ, когда въ трубахъ свистЬлъ и гуд'Ьлъ в'Ьтеръ, онъ, наб'Ьгавпшсь по камер'Ь, с^лъ на койку и почувствовалъ, что бороться больше нельзя, что черные одол'Ьли, и онъ покорился имъ. Онъ давно уже приглядывался къ отдушнику печи. Если обхватить его тонкими бечевками или тонкими лентами полотна, то не соскользнетъ. Но надо было это умно устроить. И онъ взялся за д'Ьло и два дня готовилъ полотняныя ленты
— 96 —
изъ м^шка, на которомъ спалъ (когда входилъ вахтеръ, онъ накры- валъ койку халатомъ). Ленты онъ связывалъ узлами и д^лалъ ихъ двойными, чтобы он^ не оборвались, а сдержали гЬло. Пока онъ го- товилъ все это, онъ не мучился. Когда все было готово, онъ сд^лалъ мертвую петлю, над-Ьдъ ее на шею, вл-Ьзъ на кровать и пов-Ьсился. Но только что сталъ высовываться у него языкъ, какъ ленты оборва- лись, и онъ упалъ. На шумъ вошелъ вахтеръ. Позвали фельдшера, и свели его въ больницу. На другой день онъ совсЬмъ оправился, и его взяли изъ больницы и пом-Ьстили уже не въ отд-бльную, а въ общую камеру.
Въ общей камер-Ь онъ жилъ среди двадцати челов-Ькъ, какъ будто былъ одинъ, никого. не вид-Ьлъ, ни съ к^мъ не говорилъ и все такъ же мучился. Особенно тяжело ему было, когда всЬ спали, а онъ не спалъ и попрежнему вид-Ьлъ ее, слышалъ ея голосъ, по- томъ опять являлись черные съ своими страшными глазами и драз- нили его.
Опять, какъ прежде, онъ читалъ молитвы и, какъ прежде, он^ не помогали.
Одинъ разъ, когда, посл-Ь молитвы, она опять явилась ему, онъ сталъ молиться ей, ея душеньк-Ь, о томъ, чтобъ она отпустила, про- стила его. И когда онъ къ утру повалился на примятый м-Ьшокъ, онъ кр-Ьико заснулъ, и во сн^ она, съ своей худой, сморщенной, перерезанной шеей пришла къ нему.
— Что жъ, простишь?
Она посмотр-Ьда на него кроткими глазами и ничего не ска- зала.
— Простишь?
И такъ до трехъ разъ онъ спроси лъ ее. Но она все-таки ничего не сказала, и онъ проснулся. Съ гЬхъ поръ ему легче стало, и онъ какъ бы очнулся, оглянулся вокругъ себя и въ первый разъ сталъ сближаться и говорить съ своими товарищами по камер-Ь.
П1.
Въ одной камере съ Степаномъ сид-^лъ Василхй, опять по- павш1йся въ воровств-Ь и приговоренный къ ссылк-Ь, и Чуевъ, тоже приговоренный на поселенхе. Васил1й все время или п-Ьдъ п-Ьсни своимъ прекраснымъ голосомъ, или разсказывалъ товари-
— 97 —
щамъ свои похожден1я. Чуевъ же или работалъ, что-нибудь шилъ изъ платья или б-Ьлья, или читалъ Евангел1е и Псалтырь.
На вопросъ Степана о томъ, за что его ссылали, Чуевъ объяснилъ
ему
Когда же Степанъ спросилъ Чуева, въ чемъ евангельск1й законъ,
Чуевъ разъяснилъ ему
И разсказалъ, какъ онъ эту настоящую в-Ьру отъ безногаго порт- ного узналъ на д-Ьдежк-Ь земли.
— Ну, а за дурныя д-Ьда что будетъ? — спросилъ Степанъ.
— Все сказано.
И Чуевъ прочелъ ему:
«Когда же прхидетъ Сынъ Челов-Ьческхй во слав-Ь Своей и всЬ святые ангелы съ Нимъ, тогда сядетъ на престоле Славы Своей, и со- берутся предъ Нимъ всЬ народы; и отд-Ьлитъ однихъ отъ другихъ, какъ пастырь отд-Ьляетъ овецъ отъ козловъ, и поставитъ овецъ по правую сторону Свою, а козловъ — по л'Ьвую. Тогда скажетъ Царь т^мъ, которые по правую сторону Его: «Прхидите, благословенные Отца Моего, насл-Ьдуйте Царство, уготованное вамъ отъ создан1я м1ра: ибо алкалъЯ, и вы дали ЖкЬ -Ьсть, жаждалъ,и вы напоили Меня; былъ странникомъ, и вы приняли Меня, былъ нагъ, и вы од-Ьли Меня, былъ боленъ, и вы посЬтили Меня; въ темнице былъ, и вы пришли ко Мн-Ь». Тогда праведники скажутъ Ему въ отв-Ьтъ: «Господи! когда мы вид'Ьли Тебя алчущимъ и накормили, или жа- ждущимъ и напоили? когда мы вид-бли Тебя странникомъ и при- няли, или нагимъ и од'Ьли? когда дш видели Тебя больнымъ или въ темниц'Ь и пришли къ Теб-Ь?» И Царь скажетъ имъ въ отв-Ьтъ: «Истинно говорю вамъ: такъкакъ вы сд-блали это одному изъ сихъ братьевъ Моихъ меньшихъ, то сделали Мн-Ь». Тогда скажетъ и гЬмъ, которые по л^вую сторону: «Идите отъ Меня, проклятые, въ огнь в-Ьчный, уготованный дьяволу и ангеламъ его: ибо алкалъ Я, и вы не дали Мн-Ь ^сть; жаждалъ, и вы не напоили Меня; былъ странникомъ, и не приняли Меня; былъ нагъ, и не од-бли Меня; боленъ и въ темниц-Ь, и не постЬтили Меня». Тогда и они скажутъ Ему въ отв-Ьтъ: «Господи! когда мы видели Тебя алчущимъ, или жаждущимъ, или странникомъ, или нагимъ, или больнымъ, или въ темниц-Ь, и не послужили Теб-Ь?» Тогда скажетъ имъ въ ответь: «Истинно говорю вамъ: такъ какъ вы не сд^Ьлали этого одному изъ сихъ меньшихъ, то не сделали Мн'Ь». И нойдутъ
Соч. Л- Н. Толстого. Т. I. '
— 98 —
СИТ въ муку в-Ьчную, а праведники — въ жизнь в'Ьчную:^. (Мате. XXV, 31—46).
Васил1й, присЬвшхй на полу* противъ Чуева и слушавш1й чтенхе, одобрительно кивнулъ своей красивой головой.
— В-Ьрно, — р-Ьшительно проговорилъ онъ, — идите, молъ, проклятые, въ муку в-Ьчную, никого не кормили, а сами жрали. Такъ имъ и надо. Ну-ка дай, я почитаю, — прибавилъ онъ, желая похвастаться своимъ чтен1емъ.
— Ну, а прощен1я разв-Ь не будетъ? — спросилъ Степанъ, молча, опустивъ свою мохнатую голову, слушавшхй чтен1е.
— Погоди, помолчи, — сказалъ Чуевъ Василхю, который все приговаривалъ о томъ, какъ богатые ни странника не накормили ни въ темниц'Ь не посетили. — Погоди, что ль, — повторилъ Чуевъ, перелистывая Евангел1е. Найдя то, что искалъ, Чуевъ рас- правилъ большой, поб-Ьл-бвшей въ острогЬ, сильной рукой листы.
«И вели съ нимъ, съ Христомъ, значить, — началъ Чуевъ, — на смерть и двухъ злод'Ьевъ. И, когда пришли на м-Ьсто, называемое лобное, тамъ распяли Его и злод'Ьевъ, одного по правую, а другого по л-Ьвую сторону.
«1исусъ же говорилъ: «Отче, прости имъ, ибо не знаютъ, что д^- лаютъ»... И стоялъ народъ и смотр-Ьлъ. Насм-Ьхались же вм-Ьст^ съ ними и начальники, говоря: «Другихъ спасалъ, пусть спасетъ Себя Самого, если Онъ Христосъ, избранникъ Бож1й». Такъ же и воины ругались надъ нимъ, подходя и поднося Ему уксусъ и говоря: «Если Ты царь 1удейск1й, спаси Себя Самого». И была надъ Нимъ надпись, надписанная словами греческими, римскими и еврейскими: «Сей есть царь 1удейск1й». Одинъ изъ пов'Ьшенныхъ злод'Ьевъ злосло- вилъ Его и говорилъ: «Если Ты Христосъ, спаси Себя и насъ». Дру- гой же, напротивъ, унималъ его и говорилъ: «Или ты не боишься Бога, когда и самъ осужденъ на то же? И мы осуждены справед- ливо, потому что достойное по д-Ьламъ нашимъ приняли; а Онъ ничего худого не сд'Ьлалъ». И сказалъ 1исусу: «Помяни меня. Гос- поди, когда пр1идешь во царств1е Твое». И сказалъ ему 1исусъ: «Истинно говорю теб-Ь: нын-Ь же будешь со мной въ раю». (Луки, ХХШ, 32 — 43).
Степанъ ничего не сказалъ и сид'Ьлъ задумавшись, какъ будто слушая, но онъ ничего уже не слыхалъ изъ того, что дальше чпталъ Чуевъ.
— 99 —
«Такъ вотъ она въ чемъ, истинная в^ра», думалъ онъ. «Спасутся только гЬ, кто корхшлъ, поплъ б'Ьдныхъ, посЬщалъ заключен- пыхъ, а въ адъ поыдутъ, кто не д-блаль этого. А все-таки разбой- никъ только на кресгЬ покаялся, а и то пошелъ въ рай». Онъ не вид-^лъ тутъ никакого противор'Ьчхя, а напротивъ, одно подтвер- ждало другое: что ашлостивые пойдутъ въ рай, а немилостивые — въ адъ, значило то, что всЬмъ надо быть милостивыми, а что раз- бойника Христосъ простилъ, значитъ, что и Христосъ былъ мило- стивъ. Все это было совершенно ново для Степана, онъ только уди- влялся, зач-Ьмъ это до сихъ поръ было скрыто отъ него. И онъ все свободное время нроводилъ съ Чуевымъ, спрапшвая и слушая. II слушая, онъ понималъ. Ему открылся общ1й смыслъ всего учешя въ томъ, что люди — братья, и что имъ надо любить и жалеть другъ друга, и тогда всЬмъ хорошо будетъ. И когда онъ слушалъ, то воспрпнималъ, какъ что-то забытое и знакомое, все, что подтверждало общхй смыслъ этого учен1я, и пропускалъ мимо зшхей то, что не подтверждало его, приписывая это своему непониманхю.
И съ этого времени Степанъ сталъ другимъ челов'Ькомъ.
IV.
Степанъ Пелагеюшкинъ и прежде былъ смиренъ, но въ послед- нее время онъ поражалъ и смотрителя, и вахтеровъ, и товари- щей происшедшей въ немъ перем-Ьной. Онъ безъ приказан1я, вн^ очереди, совершалъ вс^ самыя тяжелыя работы, въ томъ числ^ и очищенхе парапш. Но, несмотря на эту свою покорность, сотова- рищи уважали и боялись его, зная его твердость и большую физи- ческую силу, особенно посл-Ь случая съ двумя бродягами, которые напали на него, но отъ которыхъ онъ отбился, сломавъ одному изъ нихъ руку. Бродяги эти взялись обыгрывать молодого, богатенькаго арестанта и отобрали у него все, что у него было. Степанъ всту- пился за него и отпяль у нихъ выигранный деньги. Бродяги стали его ругать, потомъ бить, но онъ осилилъ ихъ обоихъ. Когда же смотритель дознавался, въ чемъ ссора, бродяги объяви»ли, что Пелагеюшкинъ сталъ бить ихъ. Степанъ не оправдывался и покорно принялъ наказан1е, состоящее въ трехдневномъ карцере и въ пере- вгЬщен1и въ одиночную камеру.
7*
— 100 —
Одиночная камера была для него тяжела тЬмъ, что разлучала его съ Чуевымъ и Евангелхемъ, и, кром-Ь того, онъ боялся, что воз- вратятся опять вид^н1я ея и черныхъ. Но вид-Ьихй не было. Вся душа его была полна новымъ, радостнымъ содержанхемъ. Онъ былъ бы радъ своему уединен1ю, если бы онъ могъ читать и у него было бы Евангел1е. Евангелхе дали бы ему, но читать онъ не могъ.
Мальчикомъ онъ началъ учиться грамогЬ по-старинному: азъ, буки, в-Ьди, но не пошелъ по непонятливости дальше азбуки и никакъ не могъ тогда понять складовъ, и такъ и остался безграмот- нымъ. Теперь же онъ р'Ьшилъ выучиться и попросилъ у вахтера Евангел1е. Вахтеръ принесъ ему, и онъ взялся за работу. Буквы онъ узнавалъ, но сложить ничего не могъ. Сколько онъ ни бился, чтобы понять, какъ изъ буквъ складываются слова, ничего не выходило. Онъ ночи не спалъ, все думалъ, -Ьсть не хогЬлось, и отъ тоски на него такая вошь [напала], что онъ не могъ отгрестись отъ нея.
— Что же, все не дошелъ? — спросилъ его разъ вахтеръ.
— Штъ.
— Да ты Отче знаешь?
— Знаю.
— Знаешь, ну вотъ читай ее, вотъ она, — и вахтеръ показалъ ему Отче нашъ въ Евангел1и.
Степанъ сталъ читать Отче, сличая знакомыя буквы съ знако- мыми звуками. И вдругъ ему открылась тайна сложен1я буквъ, и онъ сталъ читать. Это была большая радость. И съ гЬхъ поръ онъ сталъ читать, и выд'Ьлявшхйся понемногу смыслъ изъ трудно состав ляемыхъ словъ получалъ еще большее значен1е.
Одиночество теперь уже не тяготило, но радовало Степана. Онъ былъ весь пол онъ своимъ д^ломъ и не обрадовался, когда его для того, чтобы освободить камеры для вновь прибывшихъ политиче- скихъ, перевели опять въ общую камеру.
V.
Теперь уже не Чуевъ, а Степанъ часто въ камере читалъ Еван- гел1е, и одни арестанты п^ли похабныя п-Ьсни, друг1е слушали его чтен1е и его разговоры о прочитанномъ. Такъ слушали его молча и внимательно всегда двое: каторжникъ, убхйца, палачъ Махоркинъ
— 101 —
И Васил1Й, который опять попался въ воровств-Ь и, ожидая суда, сид-Ьдъ въ томъ же острогЬ. Махоркинъ два раза во время своего содержан1я въ тюрьлгЬ исполнялъ свои обязанности, оба раза въ отъ'Ьзд'Ь, такъ какъ не находилось людей, которые бы исполняли то, что присуживали судьи. Крестьяне, убивпие Петра Николае- вича, были судимы военнымъ судомъ, и два изъ нихъ были при- говорены къ смертной казни черезъ пов-Ьшенхе.
Махоркпна потребовали въ Спмбирскъ ^)дляисполнешя его обя- занности. Въ прежнее время онъ въ этихъ случаяхъ тотчасъ же пи- салъ — онъ быль хорошо грамотенъ — бумагу губернатору, въ которой объяснялъ, что онъ командированъ для исполнещя своихъ обязан- ностей въ Спмбирскъ и потому просилъ начальника губерн1и о на- значеши ему причитающихся суточныхъ кормовыхъ денегь; те- перь же онъ, къ удивленхю начальника тюрьмы, объявилъ, что онъ не поддеть и не будетъ исполнять больше обязанности палача.
— А плети забылъ? — крикнулъ начальникъ тюрьмы.
— Что же, плети, такъ плети, а убивать закона кЬть.
— Что же это ты, огь Пелагеюшкина набрался? Нашелся про- рокъ острожный. Погоди же ты!
VI.
Между гЬмъ, Махинъ, тоть гимназистъ, который научи лъ под- д^ать купонъ, кончилъ гимназ1ю и курсъ въ университетЬ по юридическому факультету. Благодаря его усп^Ьху у женщинъ, у бывшей любовницы старика товарища министра, его совсЬмъ моло- дымъ назначили судебнымъ сл-Ьдователемь. Онъ быль нечестный че- лов-Ькъ въ долгахъ, соблазнитель женщинъ, картежникъ, но онъ былъ Л0ВК1Й, сметливый, памятливый челов-Ькъ и ум^лъ хорошо вести д-Ьла. Онъ былъ судебнымъ сл-Ьдователемь въ томъ округЬ, гд-Ь судился Степанъ Пелагеюшкинъ. Еще на первомъ допросЬ Степанъ удивилъ его своими отв-Ьтами простыми, правдивыми и спокойными. Махинъ безсознательно чувствовалъ, что этоть стоящШ передъ нимъ челов-Ькъ въ кандалахъ и съ бритой головой, котораго привели и караулягь и отведуть подъ замокъ два солдата, — что это челов-Ькъ вполн-Ь свободный, нравственно недосягаемо высоко стоящ1й надъ нимъ. И потому, допрашивая его, онъ безпрестанно подбадривалъ
О См. прим^чад1в 4-е. . .
— 1С2 —
себя и подстегивалъ, чтобы не смущаться и не путаться. Поражало его то, что Степанъ говорилъ про свои д^ла, какъ про что-то давно прошедшее, совершенное не имъ, а какимъ-то другимъ челов^комъ.
— И теб-Ь не жалко было ихъ? — спрашивалъ Махинъ.
— Не жалко, я не понималъ тогда.
— Ну, а теперь? Степанъ грустно улыбнулся.
— Теперь на огн-Ь меня жги, того бы не сд-блаль.
— Отчего же?
— Оттого, что понялъ, что всЬ люди— братья.
— Что же, и я теб-Ь брать?
— А то какъ же»
— Какъ же, я — брать, а сужу тебя вь каторгу?
— Отъ непонят1я.
— Что же я не понимаю?
— Не понимаете, коли судите.
— Ну, продолжаемь. Потомь ты куда пошелъ?..
Больше же всего поразило Махина то, что онъ узналъ отъ смо- трителя о вл1ян1и Пелагеюппшна на палача Махоркина, который, рискуя быть наказаннымь, отказался отъ исполнен1я своей обязан ности.
УП.
На вечер'Ь у Еропкиныхъ, гд^ были дв-Ь барышни, богатыя невесты, за которыми обеими ухаживалъ Махинъ, посл-Ь п'Ьн1я романсовъ, вь которомь особенно отличался очень музыкальный Махинъ, — онъ и вторилъ прекрасно и аккомпанировалъ на форте- пьяно,— онъ разсказаль очень в-Ьрио и подробно — у него была прекрасная память — и совершенно безучастно про страннаго преступника, который обратилъ палача. Махинъ потому такъ хорошо и помнилъ и могъ передать все, что онъ всегда быль совершенно безучастень кь тЬмъ людямь, съ которыми ишклъ д-бло. Онъ не входиль, не ум'Ьлъ входить въ душевное состоянхе другихь людей и потому-то и могъ такъ хорошо запоминать все, что происходило съ людьми, что они д-Ьлали, говорили. Но Пела- геюшкинъ заинтересоваль его. Онъ не вошелъ въ душу Степана, но невольно задался вопросомь: что у него въ душ-Ь? И, не
— 103 —
найдя отв-Ьта, но чувствуя, что это что-то интересное, разсказалъ на вечер-Ь все д-Ьдо о совращенхп палача и разсказы смотрителя о томъ, какъ странно ведеть себя Пелагеюшкинъ, и какъ читаетъ Евангел1е, и какое сильное влхяше им'Ьетъ на товарищей.
ВсЬхъ заинтересовалъ разсказъ Махина, но больше вс^Ьхъ меньшую Лизу Еропкину, восемнадцати летнюю д-Ьвушку, только что вышедшую изъ института и только что опомнившуюся огь темноты и гЬсноты ложныхъ условхи, въ которыхъ она вы- росла, и точно вынырнувшую изъ воды, страстно вдыхавшую въ себя св'Ьжхи воздухъ жизни. Она стала разспрашивать Махина о подробностяхъ, о томъ, какъ, почему произошла такая пере- м-Ьна въ Пелагеюпшин'Ь, и Махинъ разсказалъ то, что онъ слы- шалъ отъ Степана ^) о томъ, какъ кротость, покорность и без- страппе смерти этой очень доброй женщины, которую онъ по- следнюю убилъ, поб-Ьдили его, открыли ему глаза, и какъ потомъ чтете Евангел1я докончило д-Ьло.
Долго въ эту ночь не могла Лиза Еропкина заснуть. Въней уже несколько м'Ьсяцевъ шла борьба между св-Ьтской жизнью, въ кото- рую увлекала ее сестра, и увлечен1е[мъ] Махинымъ,соединенн[ымъ] съ желан1емъ исправить его. И теперь последнее взяло верхъ. Она и прежде слышала про убитую. Теперь же, посл-Ь этой ужасной смерти и разсказа Махина со словъ Пелагеюшкина, она до подробностей узнала исторш Мар1и Семеновны и была поражена вс^мъ тЬмъ, что узнала о ней.
Лиз-Ь страстно захотЬлось быть такой Мархей Семеновной. Она была богата и боялась, что Махинъ ухаживаеть за ней изъ-за денегъ. И она решила раздать свое им^ше и сказала объ этомъ Махину.
Махинъ радъ былъ случаю выказать свое безкорыспе и сказалъ Лиз-Ь, что онъ любитъ ее не изъ-за денегъ, и это, какъ ему казалось, великодушное р-Ьшеше тронуло его самого. У Лизы, между гЬмъ, началась борьба съ ея отцомъ (им^Ьше было материнское) ^), не позво- лявшимъ раздавать им^ше. И Махинъ помогалъ Лиз'Ь. И ч^мъ больше онъ поступалъ такъ, гЬмъ больше онъ понималъ совс^мъ другой, чуждый ему до тЬхъ поръ м1ръ духовныхъ стремлешй, который онъ вид-Ьдъ въ Лиз'Ь.
^) См. прим-Ьчанхе 5-е. >) Си. пршгЬчаше 6-е.
104 —
VIII.
Все утихло въ камер-Ь. Степанъ лежалъ на своемъ м^сй на нарахъ и не спалъ еще. Васил1й подошелъ къ нему и, дер- нувъ его за ногу, мигнулъ ему, чтобы онъ всталъ и вышелъ къ нему. Стенанъ сползъ съ наръ и подошелъ къ Василхю.
— Ну, братъ, — сказалъ Васил1й, — ты ужъ потрудись, по- соби мн^.
— Въ чемъ пособить-то?
— Да вотъ б'Ьжать хочу.
И Василхй открылъ Степану то, что у него все готово, чтобы б-Ь- жать.
— Завтра я ихъ взбаламучу, — онъ указалъ на лежащихъ. — На меня скажутъ. Переведутъ въ верхнюю, а ужъ тамъ я знаю, какъ быть. Только ты мн-Ь пробой изъ мертвецкой выверни.
— Это можно. Куда пойдепп>-то?
— А куда глаза глядятъ. Разв-Ь мало народа плохого.
— Это, братъ, такъ, только не намъ судить ихъ.
— Да что же, я разв-Ь душегубъ какой. Я ни одной души не погубилъ, а что воровать, что жъ тутъ плохого. Разв-Ь они не гра- бятъ нашего брата.
— Это ихъ д-бло, они отв-Ьчать будутъ.
— Да что жъ имъ въ зубы-то смотр'Ьть. Ну вотъ я церковь обобралъ, кому отъ этого худо? Я теперь хочу такъ сделать, чтобы не лавченку, а хватить казну и раздавать. Добрымъ лю- дямъ раздавать.
Въ это время поднялся съ наръ одинъ арестантъ и сталъ прислу- шиваться. Степанъ и Васил1й разошлись.
На другой день Васил1й сд-Ьлалъ, какъ хот^лъ. Онъ сталъ жаловаться на хл-Ьбъ, что сыръ, подбилъ всЬхъ арестантовъ звать къ себ-Ь смотрителя, заявить претенз1ю. Смотритель пришелъ, об- ругалъ всЬхъ, и узнавъ, что зат^йщикъ всего д-Ьла Васил1й, ве- л-Ьлъ посадить его отд-бльно въ одиночную камеру верхняго этажа.
Этого только и нужно было Васил1ю.
— 105 -
IX.
Васил1й зналъ ту верхнюю камеру, въ которую его поса- дили. Онъ зналъ ПОЛЬ въ ней и, какъ только попалъ туда, такъ сталъ разбирать полъ. Когда можно было прол^Ьзть подъ ноль, онъ разобралъ потолочины и спрьп^нулъ въ нижн1й этажъ, въ мертвец- кую. Въ этотъ день въ мертвецкой лежалъ одинъ мертвый на стол^^. Въ этой же мертвецкой были сложены м-Ьнши для с^Ьнниковъ. Васи- л1й зналъ это и на эту камеру разсчитывалъ. Пробой въ этой ка- мере былъ вытащенъ и вложенъ. ВасилШ вышелъ изъ двери и по- шелъ въ строющхйся нужникъ въ конц^ коридора. Въ этомъ нуж- ншсЬ была сквозная дыра съ третьяго этажа до нижняго, подваль- наго. Ощупавъ дверь, Василхй вернулся въ мертвецкую, снялъ съхо- лоднаго, какъ ледъ, мертвеца полотно (онъ коснулся его руки, когда снималъ), потомъ взялъ м^Ьшки, связалъ ихъ узлааш такъ, чтобы сд-Ьдать изъ нихъ веревку, и снесъ эту веревку пзъ м^шковъ въ нунсникъ; тамъ привязалъ веревку къ перекладин'Ь и пол-Ьзь по ней внизъ. Веревка не доставала до пола. ]Меого ли, мало она не хва- тала— онъ не зналъ, но д-Ьлать нечего было, онъ повисъ и прыгнулъ. Ноги отбилъ, но ходить могъ. Въ подвальномъ этажЬ было два окна. Прол-Ьэть можно бы, но вделаны жел-Ьзныя р-Ьшетки. Надо было выломать ихъ. Ч'Ьмъ? Васил1й сталъ шарить. Въ подвальномъ этажЬ лежали отр-Ьзки досокъ. Онъ нашелъ одинъ отр-Ьзокъ съ острымъ концомъ и сталъ имъ выворачивать кирпичи, державппе р-Ьшетки. Долго онъ работалъ. Петухи второй разъ уже п^ли, а р-Ьшетка держалась. Наконецъ одна сторона вьппла. Васил1й подсунулъ отр-Ьзскь и понаперъ, р-Ьшетка выворотилась вся, но упалъ кирпичъ и загремЬлъ. Часовые могли услыхать. Васил1й за- меръ. Все тихо. Онъ пол^^зъ въ окно. Выл^зъ. Б-Ьжать ему надо было черезъ сгЬну. Въ углу двора была пристройка. Надо было вл^Ьзть на эту пристройку, а съ нея черезъ сгЬну. Надо взять съ собой отр'Ьзокъ доски. Безъ него не вл'Ьзепп>. Васил1й пол^^зъ назадъ. Опять выползъ съ отр^зкомъ и замеръ, слушая, гд'Ь часовой. Часовой, какъ онъ и разсчиталъ, ходилъ по другой стороне квадрата двора. Василхй подошелъ къ пристройк'Ь, приставилъ отр'Ьзокъ, пол^зъ. Отр'Ьзокъ соскользнулъ, уналъ. Васил1й былъ въ чулкахъ, онъ снялъ чулки, чтобы цепляться ногами, поставплъ опять отр'Ьзокъ, вскочилъ на